еленаСАЗАНОВИЧ_МАГИЧЕСКИЙреализм
Меню сайта


По ком звонит колокол
 
 

ГЕОПОЛИТИКА
65 лет назад
31 марта 1945 года
фашистами была казнена монахиня Мария (Скобцова), более известная как Мать Мария (в девичестве Елизавета Юрьевна Пиленко, по первому мужу Кузьмина-Караваева; 8 (21) декабря 1891, Рига — 31 марта 1945, Равенсбрюк, Германия). Монахиня Константинопольского Патриархата (Западноевропейский Экзархат русской традиции) русского происхождения, общественно-религиозный деятель, святая. Поэтесса, публицист, философ, участница французского Сопротивления. Ее жизненный путь был необыкновенно труден и необыкновенен. От терний к звездам. От грехов к святости. От самоуничтожения к подвигу. От любви до любви. От разрушающей любви земной до возвышающей любви к Богу… Она увлекалась политикой и была в гуще революционных событий. Потому что с юных лет стремилась к жертвенности и подвигу. Среди вопросов, волновавших художественную интеллигенцию того времени, главным был вопрос о русской революции. Для Елизаветы Юрьевны революционер – это бесстрашный борец со злом, герой, готовый ради революции пожертвовать всем, в том числе и жизнью. Возможно, жизнью в первую очередь… В эмиграции она принимает монашеский постриг с именем Мария… Но она была необычной монахиней. Монашество в строгом, классическом понимании она не просто не понимает, но и не принимает. И свою общественную деятельность называет «монашеством в миру». Служение Богу – это не обязательно молитвы в стенах монастыря и строгий пост. Для нее служение Богу, прежде всего – служение людям… С началом фашисткой оккупации Франции Мать Мария сразу же налаживает связь с французским Сопротивлением… В феврале 1943 года гестапо арестовало Мать Марию и ее сына Юрия. Юрия отправили в Бухенвальд, где он погиб, а Мать Марию - в концлагерь Равенсбрюк. Выжившие узницы концлагеря вспоминали о ней как о невероятно мужественной, бесстрашной женщине. В самых бесчеловечных лагерных условиях она находила силы не просто оставаться человеком, но и Человеком. И помогала выстоять другим… 31 марта, в Страстную пятницу 1945 года, накануне Пасхи, Елизавету Юрьевну Кузьмину-Караваеву казнили в газовой камере, а потом сожгли в печах лагеря. Но до самого последнего конца ее дух так и не сломили. И не могли сломить. Потому что ее звали Мать Мария. Потому что она жила и погибла во имя Бога и правды на земле. Во имя будущего земли и людей. Она добровольно пошла в газовую камеру вместо одной из отобранных администрацией лагеря женщин. Она не могла поступить иначе. Она уже знала, что такое подвиг и жертвенность. Что они неразделимы. Она погибла незадолго до Победы. Но она навсегда победила…/Е.С./
"Читайте полный текст материала "Мать Мария: от любви до любви"



ГЕОПОЛИТИКА

еленаСАЗАНОВИЧ_МАГИЧЕСКИЙреализм

ДОМИК КИНО Елизаветы Трусевич

ДОМИК КИНО Елизаветы Трусевич

еленаСАЗАНОВИЧ_МАГИЧЕСКИЙреализм


Календарь
«  Август 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Главная » 2014 » Август » 28 » ПЕРВОИСТОЧНИК
10:18
ПЕРВОИСТОЧНИК

«ВОЗМОЖНО, ПРИШЛО ВРЕМЯ МОЕГО НОВОГО РОМАНА…»
Беседовала Лилия НОВИЦКАЯ, «Гродненская правда (Беларусь)
ПИСАТЕЛЬ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА «ГЕОПОЛИТИКА» ЕЛЕНА САЗАНОВИЧ ДАЛА ИНТЕРВЬЮ БЕЛОРУССКОЙ ГАЗЕТЕ «ГРОДНЕНСКАЯ ПРАВДА»

В нынешнем году российская писательница и публицист Елена Сазанович получила премию журнала «Юность» имени Валентина Катаева за роман «Гайдебуровский старик». Это уже не первая литературная награда Елены, творчество которой началось с гродненской районной газеты «Сельская новь», где опубликовали ее стихотворение «Маме». Елена родилась в Гродно, окончила журфак Белорусского государственного университета, работала в газете «Знамя юности» и журнале «Парус». Затем уехала учиться в Москву. Здесь и обосновалась вместе с семьей после окончания сценарного факультета ВГИКа имени С.А.Герасимова. Сейчас Елена – член Союза писателей России и Высшего творческого совета Московской городской организации Союза писателей России, редакционного совета журнала «Юность» и редколлегии журнала «Российский колокол». Она – автор более двадцати романов, повестей и пьес, а также десяти книг, изданных в издательствах и журналах России, Беларуси, Латвии, Германии, Австрии, Швейцарии, Чехии и США. Помимо литературы, активно занимается публицистикой. Елена Сазанович – главный редактор международного аналитического журнала «Геополитика».
– Елена, вы родились в Гродно, здесь учились в школе, затем окончили Белгосуниверситет в Минске, а сейчас живете и работаете в Москве. Какие пути привели вас в столицу?
– Есть шутливый тезис: «Где родился – там и пригодился». В идеале – это правильно. Хотя бы потому, что тогда все проще и понятнее. Потому что это – твое все. Твоя Родина, твой дом, твои родственники, друзья, соседи. В другом городе, и тем более другой стране, все это нужно еще «заработать». В том числе заслужить. Например, право на чужое пространство. Но, возможно, дело не в том, где сидишь, а как растешь? К тому же частенько нами распоряжается судьба. Хотя и мы частенько горазды эту судьбу ломать через колено…
Как-то в одном из романов я написала: «Ведь березу не пересадишь в горшок. А орхидея не уживется на воле…». Жизнь многограннее и сложнее… Из Белоруссии я уехала в Москву еще во времена Советского Союза. Меня пригласили учиться во ВГИК. Взяли сразу на второй курс, поскольку у меня уже было высшее образование…
Потом оказалось, что в итоге поменяла родину. Но Родину не поменяла. Впрочем, тогда многие уезжали в столицу. И приглашали многих. Но, конечно, не на заработки. Существовала практика давать шанс способным людям добиться успеха (и в столице это было сделать реальнее). Личные успехи складывались в один общий, который и формировал имидж советского государства. И это было правильно. В те времена столицу (а значит – всю страну) представляли талантливые ученые, врачи, инженеры, творческие работники из всех республик. И она неизбежно была многонациональной. Она и теперь многонациональна. Но, увы, уже по другой, более печальной причине…
В общем, я начинала учиться в одном государстве, а оканчивала – совершенно в другом... Когда родительский дом находился уже за границей...
– Свое детство часто вспоминаете?
– Конечно. Воспоминаний – миллион… Хотя бы о ребятах нашего двора. Если бы посвятить этой теме роман, то наш подъезд можно представить своеобразной моделью мира. Того мира, в котором мы жили. Теперь другой мир и, наверное, другое детство. Более холодное, что ли, более осторожное и, конечно, технически запрограммированное. А тот наш подъезд – это была дружная семья. Если хотите – община. Во всяком случае, детская. Мы летали в космос, были индейцами, разведчиками, артистами. Мы меняли образы и тем самым, наверное, искали себя. И смысл жизни. И все для нас было интересно…
В моей прозе воспоминания детства проходят отрывочно. В общем-то, я все придумываю, не люблю писать воспоминания и не пишу. Все – чистейшая выдумка. Сочинительство… Но какие-то факты неизбежно всплывают в памяти. Так, в одном из романов я описала реальную историю из детства. Смерть голубя… Помню, как раненого мы его выхаживали в подъезде. А потом шли хоронить. В коробке. Собралась целая детская процессия. Как положено, по-взрослому. Чопорно и торжественно. И все плакали… До сих пор я помню то дерево, у которого голубь похоронен. Сегодня я уже на многое закрываю глаза. Но когда проезжаю мимо дома, где прошло мое детство, это дерево вижу.
– Вы даже на простые вопросы отвечаете как писатель… Кстати, писательский талант – это наследственное?
– Я не очень верю в наследственность, в гены и т.п. Конечно, проще, когда династия. Тогда родители могут помочь детям в профессии, имея там связи и опыт. Да и, безусловно, огромную роль играет атмосфера… И все же талант невозможно впитать или просто так взять, «на халяву», потому что есть родители. Особенно это касается творческих профессий. В творчестве можно, но сложно прикрыться родителями. Талант – слишком уж наглядная вещь. Наверное, от Бога…
У меня родители были далеки от творческой профессии. Папа Иван Алексеевич – финансист, мама Юлия Игнатьевна – медработник, сорок лет трудилась в Гродненском роддоме. Но в доме всегда была масса книг, потому в детстве я очень много и с удовольствием читала. Как и с удовольствием ходила в школу №16 имени Аркадия Гайдара (до сих пор с особой теплотой вспоминаю своих учителей). А сколько кружков я посещала! Помню, как меня водили то в кружок художественного чтения, то в «Умелые руки», то в театральный, то в музыкальную студию… Впрочем, это было нормой для советских детей. Да, и, конечно, спорт.
В нашем доме жила знаменитая Ольга Корбут. Отлично помню то время – весь мир сходил по ней с ума. Но она запросто приглашала нас, детей, к себе в квартиру, дарила свои фотки и сувениры, рассказывала спортивные истории. А мы, маленькие девчонки, подражая ей, завязывали хвостики «а-ля Корбут»… Кстати, однажды Ольга взяла меня за руку и привела в гимнастическую секцию. И я даже делала успехи. Но гимнасткой не стала. Меня всегда больше увлекала литература.
Первое стихотворение я написала на уроке математики в 3 классе. Оно называлось «Деревня Щорсы» (это – родина моего папы, и мы часто ездили туда на каникулах). Но одно лето было, видно, особенным в моей жизни… Тогда я, еще маленькая девочка, сидела под умершим дубом, где сочинял стихи Адам Мицкевич. Я уже знала, что это великий поэт, хотя еще не читала его произведений. И тогда подумала: если я сижу под его дубом, где и он сидел, то тоже смогу сочинить. Взяла и сочинила!.. Такое вот было начало.
– В творчестве, наверное, каждого известного человека есть утро, когда он вдруг просыпается знаменитым. Расскажите, пожалуйста, о своем…
– Я проснулась знаменитой лет в 16. И я помню это очень солнечное утро. Какое-то неправдоподобно яркое. И мой Гродно. И этот март. И весенний бульвар имени Ленинского комсомола, где прошло мое детство. Я бегу по нему к редакции «Сельской нови», чтобы взять газету... Тогда к 8 Марта я написала стихотворение «Маме». И его опубликовали. Это было действительно счастье. Особенно потому, что мама так обрадовалась!.. Вот тогда я и почувствовала себя знаменитой. И даже думала, что меня уже все знают. С моей лучшей подругой Таней Сучковой (она теперь известная детская писательница) отметили публикацию. Купили бутылку лимонада и тортик…
Больше я себя вот так по-настоящему знаменитой не ощущала. Когда дух захватывает. И уже так не отмечала. Хотя действительно были успехи. Но по настроению их невозможно сравнить с той маленькой победой… К тому же, кого и что сейчас знают? По гамбургскому счету? Сейчас нет понятия «известный писатель», оно слишком условно. Все известные личности остались в далеком прошлом. И дело не в уровне таланта. Дело во времени. Люди перестали читать. Возможно, скоро писателей станет гораздо больше, чем читателей. И появится термин – «гениальный читатель». Который, например, может осилить всего Достоевского… Искусство превратилось в бизнес. Или шоу-бизнес. Среди писателей все больше любителей. Среди читателей все больше нелюбителей читать. И профессия в итоге стала невостребованной.
– В большую литературу вы пришли в начале 90-х, в смутное время, весьма непростое не только для писателей – для всех… Как оно вспоминается сейчас?
– Забыть, причем никогда не вспоминать. Но вспоминать, безусловно, надо. В 1993 году я окончила ВГИК, в тяжелое для страны время. В год расстрела парламента. Впрочем, тогда разрушалось все: и наука, и образование, и медицина, и культура, и... и... и... Страны уже фактически не было. Все были на распутье. О каком кино речь?! Все! «Кина не будет»… Так я разочаровалась в кинопрофессии.
– Но ваша дочь все-таки стала кинематографистом…
– Не просто стала. В свое время после журфака Белгосуниверситета я окончила сценарный факультет ВГИКа, а уже позже Елизавета (она – Трусевич и, к слову, тоже родилась в Гродно), можно сказать, доокончила. И стала кинематографистом. Она с детства писала, рисовала, снимала. Сейчас, скажу без пристрастия и преувеличения, у нее прекрасные документальные фильмы, которые имеют большой резонанс и массу наград (все – в Википедии). Сейчас Лиза как режиссер и сценарист сняла прекрасный детский фильм. Полнометражный игровой…
Так что в 90-е маленьким островком для меня осталась литература. Поскольку это одна из немногих профессий, где ты можешь принадлежать исключительно себе, где тебе достаточно ручки и бумаги. И одновременно тебе может принадлежать весь мир. Его можно сочинять, судить, оправдывать. Тогда – еще по инерции – была востребована качественная литература (издатели все же были воспитаны на хороших книжках). Этого абсурдного потока дешевки с яркими обложками и низкопробными текстами еще не было. Меня много печатали… Вообще, конечно, было страшное, мрачное время. И дома взрывались, и метро, и троллейбусы. И в заложники брали. И ветеранов избивали. Люди годами не получали зарплату, жили в неотапливаемых домах. Но у нас странная страна. Теперь, когда только все стало налаживаться, только почувствовали почву под ногами, только вылезли из болота, некоторые тут же добровольно назад в болото захотели. Испытание для людей – это не ужасы. Испытание – это налаженная и спокойная жизнь. Когда постоянно хочется большего. А заканчивается пустотой. Как в сказке о «Золотой рыбке».
Помню, папа всегда говорил: «Запомни, все зло – в деньгах». Я навсегда запомнила. Вот, наверно, поэтому и стала писателем. Хотя теперь на искусстве делают большие деньги. Но, как правило, чем больше деньги, тем меньше искусство.
– Наверное, вы – один из самых публикуемых авторов «Юности», этого популярнейшего еще с советских времен журнала… Какова она, ваша «Юность?»
– В «Юность» я пришла неожиданно. Не поверите, просто послала повесть «Прекрасная мельничиха» – и ее сразу напечатали. Повесть имела огромный резонанс. Невероятный! Не забуду мешки писем от читателей. Именно мешки! Всякое было в письмах, на многие я отвечала. Правда, я не слишком жалую это произведение. Это не произведение, а отчаяние. Об абсурде жизни. Потом, когда я стала писать тоньше, умнее, все стало гораздо сложнее. Людям нужен всплеск, протест, перевозбуждение, наверное, а не философия… Хотя, с другой стороны, кто из писателей любит свои ранние вещи? Мировоззрение формируется. И ранний опыт уже не приемлем.
Впрочем, я вообще никогда не перечитываю свои вещи. Они просто уходят от меня. Надеюсь, к читателям. Моих романов вышло в «Юности» – 14! Не считая публицистики.
– За четыре последних года «Юность» опубликовала три ваших романа – «Все хоккей!», «Перевернутый мир» и «Гайдебуровский старик». Они составили трилогию «Иная судьба»… «Судьба – путь от неведомого к неведомому», – сказал Платон. А откуда и куда идут герои ваших романов?
– От несчастия – к счастью. От грехов – к раскаянию… В общем, не я это придумала. Писатели, увы, в некоторой степени заложники своего писательского приговора. Это просто труд, который тебе дан. И суть существования между жизнью и смертью – основное, что и должен постигать писатель. Что в принципе непостижимо. Значит, эта профессия тоже – на века…
В своих романах я пытаюсь оправдать любого человека. Именно – оправдать. И понять. Любой человек имеет право на оправдание и понимание. Хотя это в законах и не писано. Точно не помню, но в Библии сказано, что можно исправиться даже за день до смерти и получить искупление грехов.
– С сентября прошлого года вы ведете в «Юности» еще и постоянную рубрику «100 книг, которые потрясли мир». Кто выбирает эти книги? По каким критериям?
– Это просто произведения, которые изучали по советским учебникам. Поскольку, как я теперь понимаю, они были самыми демократичными в истории. Там всем находилось место!.. А то, что некоторым уделяли больше времени, а другим меньше – это что, тоталитаризм? Ну, если Белый написал авангардистский текст, даже не всем понятный, а Фадеев – великий роман о Великой Победе... Естественно, Фадееву и уделяли больше внимания. Но ведь и Белый был в учебниках. Даже симпатизирующие фашистам Гиппиус и Мережковский. Все!.. Вот это и называется демократией.
А для своих «100 книг…» я выбираю самые яркие произведения известных писателей. При этом не боюсь показаться банальной. Пусть даже буду единственной черной вороной среди очень оригинальных белых ворон.
– Одновременно с сочинительством вы в последние годы активно занимаетесь и публицистикой. Причем как главный редактор международного аналитического журнала «Геополитика». Потому что «не могу молчать»?
– Да, я никогда и не молчала. А публицистикой стала заниматься, поскольку не видела просвета в литературе. Нет, у меня все получалось, я даже получала премии. Просто профессия уже была не нужна. Все на один день. Слава и премии. И моя единственная премия – это творчество… А в дни пессимизма и разочарований меня всегда поддерживал мой муж Сергей Трусевич. С тех пор, когда я еще училась с ним на журфаке в Минске… Я даже не знала, но он вдруг зарегистрировал журнал «Геополитика». И назначил меня главным редактором. Он знал, что я всегда интересовалась политикой. Значит, пришло время мне о ней говорить.
Кстати, я могу и молчать. Знаете, сегодня меня почти все устраивает. Впервые за последние 25 лет. Я живу в согласии с собой, обществом, государством, миром. Конечно, есть тысяча проблем, о которых можно и нужно писать. Наверное, я все время плыву по какому-то течению. После того как долго гребла, шла через бури и шторма, в итоге приплыла к берегу. И в чем-то уже успокоилась… Возможно, пришло время моего нового романа...
– Вы постоянно пишете и про Беларусь, и про Союзное государство, и про «большую интеграцию». Насколько эти проблемы важны для вас как человека, родившегося в Беларуси и живущего в России?
– Я до сих пор считаю наши страны одним государством. Моя страна – это до сих пор и Россия, и Белоруссия, и Украина, и Молдавия, и Армения, и Грузия, и Казахстан... Это моя большая страна. И даже страны Прибалтики – это тоже моя страна. Я родилась в Гродно, мы часто ездили в Друскининкай, я там отдыхала в санатории…
Легче поддаваться неумным провокациям. Легче, ничего не читая, бежать на митинги. Конечно, сложнее читать, думать, анализировать. Умные не бегут на «болотные» митинги. А «очень умные» – бегут. И используют историю в своих интересах.
– Ностальгию не испытываете?..
– Есть великолепный фильм «Новый кинотеатр «Парадизо». Так вот там один герой говорит другому: никогда не возвращайтесь в родные края, это очень большая боль… Все это условно, все возвращаются на время. Но вернуться по-настоящему невозможно. Ты возвращаешься, а люди там просто живут. Изо дня в день. И стареют на глазах. И рождаются. И умирают. Идет обычная жизнь, обыденная, медленная жизнь. А у тебя была совсем другая жизнь. И в этой жизни рождались, старели и умирали другие люди…
Я возвращаюсь только к маме. К ее квартире. Но не к миру, где я жила. Туда я вернуться уже не могу. Хотя это и есть постоянство жизни… Конечно, я все поэтизирую. Хотя бы потому, что Гродно изменился настолько, что трудно было даже представить. Вроде бы все то же, но совершенно иное. С европейским лоском (впрочем, у города в чем-то он был всегда). Гродно – это покой и радость, это ностальгия и неприятие ее. Это счастье и постоянство…

Просмотров: 4940 | Добавил: geopolitik | Рейтинг: 5.0/101
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Новый
«Гайдебуровский старик» -
новый роман
Елены Сазанович
в журнале «Юность»
(январь-июнь, 2012)


Победа!
 
 

ГЕОПОЛИТИКА
Утром в Москве, на Центральном аэродроме приземляется самолет летчика А.И. Семенкова, который доставляет акт о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. В 6 часов утра диктор Левитан объявляет о победе в войне с гитлеровской Германией. Распоряжением Главного управления местной противовоздушной обороны НКВД СССР отменяется "угрожаемое положение" на всей территории Советского Союза. В Москве вечером звучит Салют Победы. Победные салюты во время войны были трех классов: первый - 24 залпа из 324 орудий (в честь освобождения столиц союзных республик, столиц других государств и в честь особо выдающихся событий, всего за войну их было 23). Второй - 20 залпов из 224 орудий (звучали 210 раз) и третий - 12 залпов из 124 орудий (звучали 122 раза). Самым величественным становится салют 9 мая 1945 - 30 залпов из тысячи орудий.
От Советского Информбюро: «Между Тукумсом и Либавой Курляндская группа немецких войск в составе 16 и 18 немецких армий под командованием генерала от инфантерии Гильперта с 23 часов 8 мая сего года прекратила сопротивление и начала передавать личный состав и боевую технику войскам Ленинградского фронта…К вечеру 9 мая войскам фронта сдалось в плен более 45.000 немецких солдат и офицеров. Прием пленных продолжается… Войска 1-го Украинского фронта, в результате стремительного ночного маневра танковых соединений и пехоты, сломили сопротивление противника и 9 мая в 4 часа утра освободили от немецких захватчиков столицу союзной нам Чехословакии город Прагу…» Военнослужащие 7-ой армии США арестовывают "нациста №2" Германа Геринга… В Реймсе адмирал Г.фон Фридбург подписывает капитуляцию немецкого военного флота. В Копенгагене сдается последний немецкий военный корабль "Принц Евгений"…
Учреждаются медали "За взятие Берлина" и "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.". Медалью "За Победу над Германией" будет награждено 14 900 000 человек. 9 мая был установлен и введен в церковный календарь Архиерейским собором 1995 года как День поминовения "усопших воинов, за веру, Отечество и народ жизнь свою положивших" на полях сражений Великой Отечественной войны.
Иллюстрация: Б.Иогансон «Праздник Победы» (1947)

Полный текст материала
«Победа!»
читайте на главной странице


Поиск
Разные сайты
  • Все для веб-мастера
     
  • Программы для всех
     
  • Мир развлечений
     
  • Лучшие сайты Рунета
     
  • Кулинарные рецепты

  • Статистика


    Cайт - участник Кольца Патриотических Ресурсов Кольцо Патриотических Ресурсов

    Издательство Алгоритм

    Вячеслав Манягин

    Лисичкины странички

    Доски объявлений, бесплатные объявления, дать объявление - 495ru.ru


    Copyright MyCorp © 2017
    Сделать бесплатный сайт с uCoz